Гражданин В. Ефремов против журналистки В. Федотовой

Гражданин В. Ефремов против журналистки В. Федотовой

Гражданское дело по иску В. Ефремова к В. Федотовой, министерству финансов России, межрайонному следственному управлению следственного комитета РФ по Карелии о взыскании компенсации морального вреда.

Истец: осужденный за убийство к 23 годам лишения свобода В. И. Ефремов.

Ответчики: корреспондентка газеты «Молодёжная газета Карелии» Вероника Федотова; министерство финансов России; межрайонное следственное управление следственного комитета РФ по Карелии.

Судебный орган: Кемский городской суд, Верховный суд Карелии.

Предмет спора: статья корреспондентки В. Федотовой «Дело Ефрема дошло до суда», опубликована в «Молодёжной газете в Карелии» от 7-13 октября 2010 г.

Претензии истец высказывал к двум фразам из статьи: «озверевший бандит» и «рабочеостровский мясник».

Позиция истца: журналистка В. Федотова нарушила право истца на презумпцию невиновности, назвав его «озверевшим бандитом» и «рабочеостровским мясником» до вступления приговора в законную силу. На момент публикации статьи велось следствие, приговор не был вынесен (произошло это 30 мая 2011 г.).

В. Федотова предопределила действия суда и указала, что преступные деяния совершил именно В. Ефремов. До вынесения суда распространила порочащие сведения и высказывала оскорбительные эпитеты в отношении истца.

Так же истец считал, что корреспондентка В. Федотова находилась в преступном сговоре с руководителем следственного отдела по г. Кеми и через СМИ воздействовала на решение Верховного суда Карелии, так как до вынесения приговора определила виновность обвиняемого, распространив о нём порочащие сведения, тем самым причинив нравственные страдания В. Ефремову. Истец просит взыскать с ответчика В. Федотовой компенсацию морального вреда в сумме 1500000 рублей.

В дальнейшем истец стал требовать взыскания моральной компенсации также с ответчиков в лице министерства финансов РФ и следственного управления Следственного комитета РФ по Карелии.

Следственный комитет, по утверждению истца, нанёс ему моральный вред тем, что распространил данные о личной жизни В. Ефремова, передав их журналистке В. Федотовой. Свидетели и потерпевшие были ознакомлены со статьей до суда и это повлияло на их поведение.

Позиция журналиста – в судебном заседании не признала исковые требования В. Ефремова. В статье «Дело Ефрема дошло до суда» сообщалось о зверском убийстве, произошедшем в посёлке Рабочеостровском Кемского района. Автор статьи проинтервьюировала представителей следственных органов, побеседовала с местными жителями и на основе собранных материалов подготовила публикацию.

В. Федотова пояснила, что используемые в статье выражения являются её оценочными суждениями. На момент выхода статьи в свет следствие уже завершилось. Газетная публикация не повлияла на решение суда, кассационная жалоба В. Ефремова на приговор оставлена без удовлетворения.

Для оценочных суждений В. Федотовой имелась фактическая основа. Журналист имеет право на резкие негативные оценочные суждения при наличии минимальной фактической основы для этого.

В публикации не назывались имя и фамилия истца (упоминалась кличка «Ефрем»), не указывалась его должность, как и нет в статье иных косвенных признаков, указывающих именно на В. Ефремова.

Преступление, совершенное В. Ефремовым, было доказано в суде, за что он получил реальный срок лишения свободы, на 23 года отправившись за убийство в исправительную колонию.

Позиция Минфина – исковые требования не признает по тем основаниям, что является не надлежащим ответчиком, так как автором стати либо лицом её опубликовавшим не является. В заявлении истца не указано на какие конкретно нематериальные блага совершено посягательство или какие неимущественные права истца были нарушены.

Анализ статьи свидетельствует, что руководитель следственного отдела сообщил корреспонденту только сведения о проделанной работе, количестве инкриминируемых преступлений и о санкциях за них. Истец не предоставил доказательства, что информация в газетной статье является недействительной. Кроме того в статье отсутствует сведения, позволяющие идентифицировать лицо, о котором идёт речь.

Позиция Кемского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по РК — истец не предоставил доказательств, подтверждающие наличие психотравмирующей ситуации, нравственных страданий. Информация переданная следствием корреспонденту газеты была самого общего характера: указано о сроках проведения расследования, о количестве следственных действий и преступлений, а также о предусмотренных законом за них наказании. Сведений порочащих честь и достоинство в статье не содержится.

Позиция суда

В статье корреспондентки В. Федотовой описывались обстоятельства возбуждённого уголовного дела по событиям произошедшим в апреле 2009 г. В статье есть информация сообщённая журналисту сотрудником следственного органа (о сроках следствия, количестве допрошенных свидетелей и проведенных экспертиз, количестве инкриминируемых преступлений, о санкциях предусмотренных за их совершение). В газетной статье речь идёт о 54 летнем мужчине, известном в определённых кругах по кличке «Ефрем».

Истец В. Ефремов осужден Верховным судом Карелии за совершение ряда преступлений, кассационным определением Верховного суда России приговор оставлен без изменений.

При вынесении решения, судья исходил из следующих аргументов:

1) журналист имеет право на резко негативные оценочные суждения, если для этого имеются основания, а в материалах следствия имелись факты, свидетельствующие об убийстве, на которые в своей публикации и опиралась корреспондентка В. Федотова. Убийство, совершённое Ефремовым, характеризовалось особой жестокостью, потому сравнение последнего с «бандитом», «мясником» было обоснованным;

2) В. Федотова не называла в статье фамилии человека подозреваемого в убийстве, она использовала в публикации только его кличку («Ефрем»). То есть относимость сведений, опубликованных в статье, к фигуранту уголовного дела отсутствовала. Истец в публикации не был идентифицирован. А в исках о защите чести, достоинства и деловой репутации относимость сведений к истцу подлежит доказыванию. То есть не только сам истец должен узнавать себя в публикации. Идентификационные признаки должны быть однозначными и читатель должен без сомнения понимать, о ком идёт речь. В публикации В. Федотовой не названы ни фамилия, ни имя истца, не указаны происхождение или занимаемая должность истца, т.е. в газетной статье отсутствовали признаки, однозначно указывающие на истца.

В своей аргументации судья ссылался на решения Европейского Суда по правам человека:

• о праве журналиста на резкие негативные оценочные суждения, если для этого имеются фактические основания – Дело «Де Хаэси Гийселс против Бельгии» от 24.02.1997 г.

• о наличии идентификационных признаков – Дело «Дюльдин и Кислов против России» от 31 октября 2007 года, п. 32, п. 42 (лица, чьи права нарушены, должны быть поимённо указаны).

• о праве человека свободно выражать своё мнение и возможность распространять свои идеи без вмешательства со стороны публичных властей — Конвенция о защите прав человека и основных свобод (ч.1 ст.10).

Использование в статье выражений, негативно оценивающих В. Ефремова, является оценочным суждением восприятия журналистом ситуации. Доказательств, что распространены заведомо ложные сведения, не представлено. Информация, содержащаяся в оспариваемых фрагментах статьи, не может рассматриваться как несоответствующая действительности, порочащая честь и достоинство В. Ефремова, в связи с чем оснований для компенсации морального вреда не имеется.

В спорной статье не указаны конкретные данные, позволяющие с достоверностью идентифицировать лицо, в отношении которого написана статья, в связи с чем исковые требования удовлетворению не подлежат.

Решение суда

Кемский городской суд отказал в удовлетворении иска осужденного В. Ефремова о защите чести и деловой репутации к журналисту В. Федотовой.

Верховный суд Карелии своим апелляционным решением подтвердил законность суда первой инстанции.

Комментарий юриста:

Правовой риск, с которым столкнулся корреспондент, заключается в этом деле в том, что журналист, освещая ход следствия и сам уголовный процесс, не должен нарушать права гражданина на презумпцию невиновности, и значит не может до вынесения судебного решения использовать уголовную терминологию, характеризуя обвиняемого «преступником», «мошенником» и т. п. Такую квалификацию преступным действиям обвиняемого должен давать только суд.

Криминальная лексика возможна для использования в публикации, но риск для редакции и журналиста в таком случае существует и он значительный. Если бы истец В. Ефремов стал не честь и достоинство свои защищать в суде, а конституционное право на презумпцию невиновности, то он выиграл бы судебный процесс и журналист оказался виновным в нарушении его конституционного права. Сложность для журналиста в данной ситуации ещё и в том, что у данной категории дел нет срока исковой давности.

Оставьте свой отзыв

Ваш комментарий